Наш земляк Иван Погадаев прошел всю войну от начала до конца и вернулся героем

Наш земляк Иван Погадаев прошел всю войну от начала до конца и вернулся героем

Перед юбилеем Победы в редакцию поступали письма от людей, живущих за пределами Миасса, но желающих внести свою лепту в написание военной истории города. Вот и полковник из Чернигова, ветеран Вооруженных сил Вячеслав Погадаев захотел рассказать нам о своем отце, который после демобилизации жил и работал в Миассе. Из большого письма мы выбрали для печати небольшой фрагмент.

Никто не дрогнул

Иван Иванович Погадаев родился в Курганской области. В сентябре 41-го ушел на фронт в должности комиссара батареи 540 армейского истребительного противотанкового артиллерийского полка. Принимал участие в обороне и разгроме фашистов под Москвой, освобождал Калининскую область, Ржев и Вязьму, форсировал Вислу и Одер. Дальше Берлинская операция, штурм столицы 3-го рейха, взятие Бранденбурга. Был контужен и трижды ранен. Получил 11 благодарностей от Верховного Главнокомандующего.

Из архива Ивана Погадаева: «21 ноября 1941 года у деревни Минино под Москвой на огневую позицию нашего единственного оставшегося у батареи орудия двигалось десять фашистских танков. Никто из воинов не дрогнул. В этом неравном бою мы уничтожили пять танков. Об этом бое рассказывается в газете «Боевое знамя» от 30 ноября 1941 года (статья «Презирая смерть»).

У бойцов — слезы на глазах

«6 декабря 41-го года, — пишет Вячеслав, — батарея отца поддерживала огнем 1319 стрелковый полк под Клином у деревни Рябинки. Во время ожесточенного боя совершил свой бессмертный подвиг сержант Васильковский, который закрыл своим телом амбразуру вражеского дзота и ценой своей жизни обеспечил выполнение боевой задачи».

Среди записей Погадаева есть и такая: «9 мая рано утром по радио услышали о капитуляции Германии. Проводил митинг. У бойцов — слезы на глазах, даже не могут слова сказать…»

После службы в военной центральной комендатуре Берлина Иван Иванович уехал в Миасс, где работал начальником военизированной охраны напилочного завода. Выйдя на пенсию, до конца жизни вел переписку с однополчанами 49-го отдельного ордена Александра Невского противотанкового дивизиона и ветеранами 185 Панкратово-Пражской ордена Суворова стрелковой дивизии.

Хочу лепить с вас воина!

В письме есть интересный эпизод о создании мемориального комплекса советским воинам в Берлине, к которому имел отношение отец Вячеслава.

ODAR


С рядового Ивана Одарченко лепили статую воина-освободителя.


 

В 1946 году авторы проекта-победителя разработали грандиозный архитектурно-скульптурный ансамбль с 12-метровой статуей воина-освободителя. Скульптурные элементы по эскизам Евгения Вучетича делали 60 немецких скульпторов и 200 каменотесов. Всего же, начиная с 1947 года, на возведении комплекса работали 1200 рабочих. Иван Погадаев принимал участие в поисках места для архитектурного ансамбля.

Из воспоминаний И. И. Погадаева: «Для образа воина-освободителя нужно было найти натурщика, живую модель. Летом 47-го года Евгений Вучетич приехал на стадион, где солдаты комендатуры готовились к Дню физкультурника. Он пристально всматривался в лица спортсменов и, наконец, сказал: «Это он». Им оказался гвардии рядовой Иван Одарченко. Статен, силен, хорошо сложен, открытое русское лицо. Вучетич подозвал к себе Одарченко: «Хочу лепить с вас воина-освободителя. Согласны?». В тот же день рядового Одарченко на полгода откомандировали в распоряжение скульптора. 12-метровый 70-тонный памятник был отлит на Ленинградском литейном заводе и весной 1949 года водным путем доставлен в Германию».

«В феврале 1980 года я приехал в отпуск в Миасс, — читаем в письме Вячеслава, — и встретился там с Иваном Одарченко, гостившим у моего отца. Хорошо запомнил его слова о том, что Евгений Вучетич неодобрительно относился к утверждению, что памятник создан на каком-то единичном эпизоде войны. Наоборот, он всегда подчеркивал, что это обобщенный образ воина, победившего фашизм».